Единственное, что может меня остановить,— это моя собственная мораль.
Есть основания полагать, что и многие предшественники Дональда Трампа схожим образом относились к международному праву, но, игнорируя или нарушая его, они все же заверяли, что его уважают и соблюдают. Нынешний глава Белого дома в этом плане куда более честен. Правда, когда дело доходит до объяснения/оправдания его конкретных действий, он тоже не вполне откровенен.
Так, говоря про Венесуэлу, он признает, что фактор нефти сыграл свою роль («Мы отстроили весь их нефтепромышленный комплекс, а они отобрали это у нас и теперь возвращают обратно»), но все же в качестве ключевой причины вторжения в эту страну и похищения ее президента выделяет не колоссальные запасы углеводородов и не желание устранить нелояльное Вашингтону правительство, а якобы угрожавший США поток наркотиков.
О новой откровенности Дональда Трампа — в материале спецкора «Ъ» Елены Черненко «Право и правда».
